Я рою могилы. Если хотите, вырою могилу и для Вас — непременно с
учетом Ваших пожеланий. Я сделаю это за символическую плату. Мне нравится
моя работа. Большую часть времени я провожу на свежем воздухе и в тишине,
нарушаемой разве что пением птиц и шелестом листьев. Постепенно я привыкаю
к тишине и запаху сырой земли. Привыкнете и Вы.
        Кроме того, мне доставит истинное удовольствие видеть, как
изменится Ваше лицо, когда Вы осознаете, что речь идет о действительно
ПОСЛЕДНЕМ приюте, и приметесь выбирать для него место. Многие относятся к
выбору слишком серьезно, а некоторые придают добротному, со вкусом
сделанному памятнику и приличному соседству едва ли не большее значение,
чем домам живых.
        К сожалению, миллионы и миллионы лишены права выбора. Подавляющему
количеству людей место на кладбище определено бездушной бюрократической
машиной. Наша уродливая цивилизация задыхается в тисках смерти. Мертвых
слишком много, чтобы уважать последние желания живых.
        Но могилы примиряют всех. Рядом лежат бывшие враги и любовники,
родители и дети, святые и грешники, философы и убийцы. И хотя творческой
работы у меня становится все меньше и меньше, я не жалуюсь. Теперь каждый
клиент на дорогом счету. Недавно приходил один. Судя по его виду, он еще не
скоро увидит узор на внутренней стороне крышки гроба. Тем не менее он
отнесся к смерти с должным почтением. Мы долго бродили с ним по кладбищу.
Я показывал ему самые потаенные уголки. В конце концов у него испортилось
настроение, и он заторопился куда-то. На прощание он бросил, что придет еще
раз. Я не удивился. Выбор труден, даже если смерть представляется далекой.
        Должен заметить, в этом что-то есть. В молодости я думал: а не все
ли равно, где сдохнуть — во дворце или в придорожной канаве? Придорожная
канава выглядела куда романтичнее. Но с годами становишься осмотрительным
и начинаешь ценить каждую минуту покоя, оплаченную не страданиями,
перенесенными в прошлом, а уверенностью в том, что наилучшим образом
подготовился к неизвестному будущему — даже если будущего нет.
        На самом деле его ведь нет. Есть только туманные призраки,
возникающие в нашем сознании, отражения настоящего, отброшенные в еще
ничем не заполненную пустоту. Я вижу перед собой сухое русло времени.
Вместо воды в нем течет история — несет меня и Вас на волне, хлынувшей
двадцать миллиардов лет назад из прорванной плотины Вселенной, и рано или
поздно мы окажемся в Море Смерти, среди погасших звезд, вне плоти и
расстояний, вне мыслей и ожиданий, вне страхов и снов.
        Я смирился с тем, что никогда не прикоснусь к загадке небытия, хотя
ежедневно имею дело с мертвецами. Небытие запечатано в них, будто в сейфах,
надежно хранящих тайну. Сейфы можно сжечь, но вместе с пеплом развеется и
сама ускользающая потусторонняя истина. Говорят, существуют взломщики, но я
с такими не встречался. Старое, редкое колдовство; забытое искусство. Если
это правда, я хотел бы оказать им посильную помощь. Конечно, услуга за
услугу. Пусть вскроют сейф при мне.
        Ничто не сравнится с загадкой небытия. Нет ничего более
интригующего. О жизни я могу, по крайней мере, строить догадки. Жизнь иногда
дается в руки. Имея дело с жизнью, я чувствую тоску и горечь потерь. Я
ощущаю уходящее время словно усиливающийся ветер. Он постоянно дует в спину
и подгоняет в сторону ночи. Небытие — как глаз, который может видеть все
что угодно, только не самого себя. Оно — порождение двойственности, тьма,
спрятанная в объятиях света, холст, закрашенный иллюзиями...
        Но Вас вряд ли интересуют мысли могильщика по поводу Вашей смерти.
Вероятно, Вы хотите поскорее перевести разговор в практическое русло и
отделаться от меня. Не выйдет. Я покажу Вам кладбище. Я покажу и Вам самые
потаенные уголки. Я никуда не спешу. Покойники терпеливы — в отличие от
их живых родственников. ПОКА живых.
        Для оригиналов я могу подыскать что-нибудь исключительное — остров,
ледник в горах или в Антарктиде, совсем рядом с замороженными существами со
звезд. Для поэтов найдется местечко под дубом на склоне холма,
возвышающегося над безбрежной равниной. Гарантирую простор, облака, небо и
ветер. Потрясающие закаты и восходы. Или Вы предпочитаете гранитные
лабиринты? Тоже неплохо. Респектабельно и прочно. Неприкосновенность
склепов? Замечательно. Сумерки пещер? Пожалуйста. Шум океана? Сделаем.
        Все что угодно — лишь бы увидеть, как изменится Ваше лицо, когда Вы
будете выбирать То Самое Место.